От портов до борьбы с терроризмом: как Россия и Мозамбик могут расширить сотрудничество

С 28 сентября по 2 октября в Москве пройдет заседание Российско-Мозамбикской Межправительственной комиссии (МПК). Во время визита министра иностранных дел России Сергея Лаврова в Мозамбик в июле этого года стороны условились подготовить к переговорам конкретные инициативы для привлечения российского бизнеса в местную экономику.

Для Мапуту Москва остается партнером с понятным политическим профилем: без колониального прошлого в регионе, без привычки увязывать сотрудничество с требованиями внутриполитического характера и с опытом взаимодействия еще со времен борьбы страны за независимость. Однако историческая память сама по себе не развивает торговлю и реальную экономику. «Африканская инициатива» разбиралась, какие направления сотрудничества наиболее перспективны для обеих стран.

Экономика без завышенных ожиданий

Мозамбик обладает крупными запасами природного газа, угля, графита, рубинов и других полезных ископаемых, протяженным побережьем Индийского океана, статусом ключевого логистического хаба Южной Африки и выгодным расположением между югом континента и рынками Азии. Здесь имеется три крупных глубоководных порта — Накала, Бейра и Мапуту, через которые идет перевалка грузов не только из самой республики, но и соседних стран, не имеющих выхода к морю, — прежде всего Зимбабве, Замбии, Малави и Эсватини, отмечает аналитик Центра африканских исследований ИМИ МГИМО МИД России Иван Стаканов. Мозамбикские порты оснащены терминалами для наливных и сыпучих грузов с возможностью дальнейшего расширения инфраструктуры. Российские экспортеры уже используют здесь таможенные склады, что открывает прямой выход на рынки соседних государств региона. Таким образом, в Мозамбике транспорт, портовое хозяйство и железнодорожные коридоры выступают не вспомогательной, а системообразующей частью экономики.

Между тем инфраструктурные и финансовые ограничения не дают превратить серьезную ресурсную базу Мозамбика в фактор устойчивого роста экономики. Стране не хватает дорог, энергетических сетей, складской инфраструктуры, квалифицированных кадров и стабильного доступа к финансированию.

В середине 2026 года Всемирный банк снизил прогноз роста ВВП страны с 1,9 до 0,9% в 2026 году. К 2028-му, по мнению организации, он достигнет лишь 2,5%, при этом ставка делается на сельское хозяйство и сферу услуг.

В этих условиях для Мапуту особенно ценны партнеры, готовые работать не только с добычей сырья, но и с развитием инфраструктуры добывающего сектора, и перед Россией это открывает пространство возможностей, таких как поставки сельскохозяйственной техники, удобрений и оборудования для переработки, участие в создании холодильных мощностей и зерновой логистики, подготовка инженеров и технических специалистов. Мозамбик заинтересован в повышении урожайности, развитии орошения, механизации и доступе фермеров к финансовым инструментам: эти задачи прямо выделяются в аналитике МВФ по стране.

Оказание содействия в развитии сервиса, обучении персонала, ремонте техники, локальной сборке и создании цепочек добавленной стоимости позволит наладить устойчивые отношения и обеспечить Москве долгосрочное присутствие, которое, в свою очередь, оставит в стране рабочие места, компетенции и работающую инфраструктуру.

Торговля России и Мозамбика

В 2025 году двусторонний товарооборот составил 157,6 млн долларов, незначительно снизившись на 0,1% по сравнению с 2024 годом (157,8 млн). Российский экспорт достиг 149,8 млн долларов, его основу составляют продовольственные и сельскохозяйственные товары. Импорт из африканской республики в Россию составил 7,7 млн долларов; традиционно важную роль в нем играет табак.

Москва пока заметно уступает главным торговым партнерам Мапуту. В 2025 году экспорт Мозамбика в Индию достиг 1,6 млрд долларов, а импорт из ЮАР — 2,38 млрд долларов. На этом фоне российское направление остается сравнительно небольшим.

Эффект низкой базы сделает заметным даже умеренный прирост торговли, однако не гарантирует качественного расширения связей. Москва может сосредоточиться на узких, практических направлениях — зерне и удобрениях, агротехнике, переработке сельхозпродукции, подготовке кадров, портовой и энергетической инфраструктуре.

Необходимость наращивания динамики товарооборота признают и на высоком уровне. 1 апреля на встрече с председателем парламента республики Маргаридой Адамужи Талапой в Москве вице-спикер Госдумы Александр Бабаков выразил надежду на активизацию деловых связей благодаря грядущему заседанию МПК.

Фактор Кабу-Делгаду

На севере Мозамбика сосредоточены крупнейшие газовые месторождения, способные принести стране основной экспортный доход. Большими запасами обладает провинция Кабу-Делгаду. Однако с конца 2017 года здесь действуют террористические группировки, что существенно затрудняет освоение ресурсов.

Вооруженное подполье в Кабу-Делгаду обычно связывают с местной группировкой «Ансар ас-Сунна», или «Аш-Шабаб», часть которой присягнула террористической организации «Исламское государство»* (не следует путать эту сеть с одноименной сомалийской группировкой). Управление Верховного комиссара ООН по правам человека в августе 2026 года указывало, что конфликт в провинции сопровождался атаками на гражданских лиц и тяжелым гуманитарным кризисом. С 2017 года, по оценкам ООН, он унес жизни более 6,6 тыс человек и вынудил сотни тысяч жителей покинуть свои дома.

В январе 2026 года власти Мозамбика и французская компания TotalEnergies сообщили о полном возобновлении деятельности по крупному проекту Mozambique LNG по добыче СПГ в Кабу-Делгаду. Но войти в уже сформированные газовые консорциумы российским компаниям будет сложно.

Несмотря на то, что до начала специальной военной операции отечественные нефтегазовые компании находились в международных концессиях с западными гигантами для разведки углеводородов на шельфе Мозамбика, сегодня выход российского капитала в добывающий сектор страны неизбежно столкнется с жесткой политической и финансовой конкуренцией и противодействием со стороны западных государств и корпораций, отмечает Иван Стаканов. Мозамбикский СПГ в Брюсселе рассматривают как ключевой элемент диверсификации энергетической системы Европы и инструмент замещения поставок российского газа. Существенное влияние на экономические маневры Мапуту оказывают и международные финансовые институты, чьи программы остаются важным фактором для экономики страны, находящейся в условиях бюджетных ограничений.

Пространство для гуманитарного сотрудничества и стабилизации региона

Между тем присутствие России в Кабу-Делгаду возможно – но в ином качестве. В ходе июльского визита в Мозамбик глава МИД России Сергей Лавров заявил о готовности Москвы поддерживать усилия президента Даниэла Шапу по стабилизации севера страны, устранению террористической угрозы и укреплению суверенитета Мозамбика.

Главный внешний силовой партнер Мозамбика в Кабу-Делгаду — Руанда. Для Москвы более реалистична ниша сотрудничества в подготовке кадров, противодействии терроризму, обмене опытом и защите критической инфраструктуры.

Терроризм в Кабу-Делгаду подпитывается не одним лишь внешним радикальным влиянием. В основе кризиса — бедность, безработица среди молодежи, слабое присутствие государства в отдаленных районах и контрабандные сети. Одними силовыми мерами проблему не решить: без рабочих мест, дорог и образовательных учреждений радикальные группы сохранят почву для вербовки.

Россия могла бы предложить Мозамбику сочетание военно-технической, правоохранительной и гуманитарной поддержки: обмен опытом по противодействию террористическим сетям, подготовку кадров, помощь в защите критической инфраструктуры, взаимодействие в сфере морской безопасности и борьбы с транснациональной преступностью.

Параллельно нужны проекты, направленные на снижение уровня радикализации, — в частности, в сфере образования. Москва уже выразила готовность выделить мозамбикским студентам дополнительные места в российских вузах.

Проверка на практичность

Успех российско-мозамбикского сотрудничества напрямую зависит от реалистичности целей и отсутствия завышенных ожиданий. Двусторонний товарооборот пока невелик, а конкуренция за мозамбикский рынок высока: в стране активно работают Китай, Индия, Турция, государства Персидского залива, европейские корпорации и региональные игроки. Преимущество России может заключаться не в объеме доступного капитала, а в способности предложить гибкие решения там, где крупным международным структурам работать невыгодно, или они будут делать это слишком медленно.

Результатом такого сотрудничества могут стать поставки техники, подготовка специалистов, развитие портовой и складской инфраструктуры, новые торговые маршруты и другие совместные проекты. России, в свою очередь, необходимы понятные механизмы сопровождения бизнеса, страхования рисков, банковских расчетов.

* Запрещенная в РФ террористическая организация